![](http://danmarkovich.pochta.ru/munk.jpg)
………………………………………………..
Полузадушенным голосом Дорониной — «… любите ли Вы его, как люблю его я?..»
Терпеть не могу… но видел три картины, если на то пошло. Одна ужасна. Некоторые путают экспрессию с экспрессивным жестом. Рот раскрой пошире, вот тебе и крик! Или это не Мунк вообще? Ну, все равно.
Мне всю жизнь нравились темные картинки. Мой шеф физик Волькенштейн говорил — «как Вы мрачны, Дан…» Сам он любил прятать на маленьких картонках среди высокой травы да в солнечный день пенисы, раскрашенные мелкими узорчиками. Крупный физик развлекался в воскресные яркие утра.
«Что-то у Вам темновато на душе, Дан…»
Представление о том, что темная живопись, это мрачная живопись пошло с импрессионистов. Коро не блистал яркостью, Констебль тоже, и темные краски они демонстративно не выбрасывали.
Но в общем, все они хорошие, что скажешь. Только ошеломляет Домье, не верится, что в то время уже ходил в школу Эдуард Мане… Мощь Домье поражает…
Так о чем это я…
Нет, не люблю Мунка, не терплю горластых экспрессионистов. Экспрессия такая штука, что всегда можно и погромче, можно и поярче… Всегда есть такая возможность. Потому что нет более глубокой системы взаимоотношения пятен, цветов. У Сезанна не возникало вопроса, — «а не залимонить ли поярче…», он был занят важными вещами, яркость получалась та, которая из всего остального вытекала.
Так я про Мунка… Одна картинка есть ничего, из трех, которые видел. Но белое платье на темно-коричневом фоне… опять-таки вопрос обязательности, ТО ли это платье, и не любое ли светлое платье так светилось бы?..
А, картинка… Давно написана, я альбомы тогда смотрел по принуждению. Знаете, приходишь в гости, а у них шкаф забит… тогда привозили много-много… Всем казалось, что им интересно. Постепенно все прояснилось, оказывается, живопись любят совсем не все, имеющие сотни две альбомов. Это для гостей. Стол еще не накрыт, куда гостей девать?!
Значит, картинка…
На мой сегодняшний вкус она резковата и простовата (прошу не путать с примитивностью, любовь к ней я сохраню на всю жизнь, только все реже приблизиться удается…)
Автор: DM
Дан Маркович родился 9 октября 1940 года в Таллине. По первой специальности — биохимик, энзимолог. С середины 70-х годов - художник, автор нескольких сот картин, множества рисунков. Около 20 персональных выставок живописи, графики и фотонатюрмортов. Активно работает в Интернете, создатель (в 1997 г.) литературно-художественного альманаха “Перископ” . Писать прозу начал в 80-е годы. Автор четырех сборников коротких рассказов, эссе, миниатюр (“Здравствуй, муха!”, 1991; “Мамзер”, 1994; “Махнуть хвостом!”, 2008; “Кукисы”, 2010), 11 повестей (“ЛЧК”, “Перебежчик”, “Ант”, “Паоло и Рем”, “Остров”, “Жасмин”, “Белый карлик”, “Предчувствие беды”, “Последний дом”, “Следы у моря”, “Немо”), романа “Vis vitalis”, автобиографического исследования “Монолог о пути”. Лауреат нескольких литературных конкурсов, номинант "Русского Букера 2007". Печатался в журналах "Новый мир", “Нева”, “Крещатик”, “Наша улица” и других.
......................................................................................
..........................................................................................................................................
Dan Markovich was born on the 9th of October 1940, in Tallinn. For many years his occupation was research in biochemistry, the enzyme studies. Since the middle of the 1970ies he turned to painting, and by now is the author of several hundreds of paintings, and a great number of drawings. He had about 20 solo exhibitions, displaying his paintings, drawings, and photo still-lifes. He is an active web-user, and in 1997 started his “Literature and Arts Almanac Periscope”. In the 1980ies he began to write. He has four books of short stories, essays and miniature sketches (“Hello, Fly!” 1991; “Mamzer” 1994; “By the Sweep of the Tail!” 2008; “The Cookies Book” 2010), he wrote eleven short novels (“LBC”, “The Turncoat”, “Ant”, “Paolo and Rem”, “White Dwarf”, “The Island”, “Jasmine”, “The Last Home”, “Footprints on the Seashore”, “Nemo”), one novel “Vis Vitalis”, and an autobiographical study “The Monologue”. He won several literary awards. Some of his works were published by literary magazines “Novy Mir”, “Neva”, “Kreshchatyk”, “Our Street”, and others.
Посмотреть все записи автора DM
В абстрактных полотнах Кандинского я прежде распознавал разве что геометризацию – ту, вероятно, что возникает вследствие разложения палитры на гармоники; я замечал эту броскую логику, и она раздражала, казалась нарочитой. О «музыкальности» услышал после, и картины эти стали представляться мне случайными фрагментами симфоний, вырванными из общей канвы, — сочетаниями двух-трёх музыкальных фраз, сыгранных слышно, но лишённых для меня смысла. При ближайшей оказии я буду пристальней вглядываться, искать остатки ли, признаки ли другого звучания, о котором мне было сказано – Вами, за что Вам искренне признателен.
В Вашей прозе я слышу звуки и различаю цвета; там дороги всякая тень и шорох.
Абстракции Кандинского люблю, но занимает крайне тот период — переходный, когда еще ясно, что вещи значение имеют, но он только начинает извлекать из них звук, только начинает. Для меня лично это крайне любопытный период, нверное, потому, что я тоже стою на границе, иногда, но довольно долго и мучительно, между прозой и поэзией, и не могу понять, почему она раскрывается для меня так редко, какого особого сумасшествия мне не хватает в очень коротких текстах — есть и ритм, и звук… и все-таки стою. Он — перешел. Мне кажется, с большими потерями по части самовыражения, с потерей непосредственного чувства, которое в промежуточный период было. Нельзя все-таки быть «похожим на музыку». Только мнение.
Не сказать, что a propos, но интересно Ваше отношение к абстрактным композициям Кандинского, к его манере, которая будто бы «родственна музыке». Не ответите ли хоть в двух словах? Был бы крайне признателен.