КАК СМАЙЛИК ПОПАЛ В НОМЕНКЛАТУРУ

Spread the love

…………………………
Для кота попасть в номенклатуру не роскошь, а необходимость. Пока ты вне, никто тебя не замечает. Кто проверяет? Никто, ты сам себя не замечаешь. Каждый кот знает свое место в списке. Первый у нас Федос, а раньше был белый кот Нашлепкин. Но Нашлепкин исчез, и его отсутствие большая тайна для всех. Я думаю, это сюжет для романа, во всяком случае, стержень, на который можно нанизать не одну жизнь… Но вот пропал старик, и на его место претендовал наш Ксерокс. А Федос еще был небольшим черным котиком, таким все помнили его прошлой осенью. А весной он показался на титульных боях…
Не все бои между котами титульные, то есть, меняют номенклатуру, это происходит два раза в год, весной и осенью, а в промежутках кот может исчезать. Федос зимой нашел себе убежище, хозяев с третьего этажа. Умер глава семьи, мать и дочь решили взять кота, и Федос притворился, что хочет в семью. Это обычное дело, такой обман, люди должны сами понимать, что годовалый кот, который вырос на воле, дома жить не станет. Но вот решили взять, и Федос воспользовался. Судьбу Федоса решила тушенка, которой было не счесть. Я говорил, хозяин умер, а хозяйка из-за болезни есть жирное не могла, а дочь-студентка приезжала на субботу-воскресенье, и тоже не справилась бы. А Федос справился, и благодаря тушенке вырос с огромного кота. Мне говорят — наследственность… Без тушенки не было бы никакой наследственности. Выплыл Федос весной на бои, и все поразились — ноги длинные, сам широкий как шкаф, длинный как автобус, страшный зверь. Драться он еще не умел, но взял весом. Ксерокс умел, но кормежка не та, все рыба, рыба… Он и двух минут не продержался, стал вторым в номенклатуре.
Но про Ксерокса и Федоса отдельная история, не роман, но повесть уж точно.
А вот Смайлик, рыжий годовалый котик, красавчик, глазки медовые, шарфик белоснежный… ему пора проявить себя, без титульного боя ни одна кошка не посмотрит. Его брат, серый Брыська, больше и сильней, но за кота не считается, никто его не замечает. Брысь моложе на три месяца, ему рано котироваться, он к разврату не готов. Вот и живет пока спокойно, ходит везде без пропуска, вальяжно, вразвалочку, ни одной пробоины- царапины на нем.
Мы со Смайликом каждый день ведем долгие беседы. Я его успокаиваю — пусть побьют, не убьют же… Он знает, что не убьют, но все равно судьба решается. Я не хочу ему говорить, что формальность, зачем веру в справедливость подрывать… Посидели с ним, и я ухожу из мастерской, где все мои кормятся, и Смайл за мной. Выходим вместе в «предбанник», так называется наш закуток, там еще три квартиры. Гулять в предбаннике опасно, но очень хочется. У нас такое правило с самого детства, перед прощанием погулять в предбаннике. Надо тихо, чтобы соседи не услышали, они эти прогулки не переносят. Боятся за свои коврики. У нас нет коврика перед дверью, а у трех других дверей есть, один просто прекрасный, чистенький, ворсистый… Смайлик сразу бежит к нему, садится и моется, задней лапой чешет за ухом. Я тоже так умел, только давно — ногу за голову. Но время идет, и нога уже не поднимается так резво. А Смайлику это раз плюнуть, задней ногой за ухом почесать… Я стою, жду, обеспечиваю коту безопасность. Но теперь Смайлика даже коврик не радует, он чешется печально, постоянно озабочен. Титульный бой на носу… И непонятно, с кем драться. Тоже должен быть кот с заявкой в номенклатуру, готовый драться с ним. Брыська драться, например, не будет, во-первых, не готов, во-вторых, свой. Они никогда всерьез не подерутся, ну, поцапаются, но чтобы биться… не-ет, они же вместе росли у матери Зоськи, это не забывается…
Время идет, мы со Смайликом гуляем в предбаннике, потом он убегает на улицу. С большой опаской — его начали замечать и побивать, несильно, но пугают. И Смайлик бежит стремглав через дорогу в детский сад, пустую тихую землю, заросшую густой травой, здесь можно отсидеться, время провести с кузнечиками… Но все равно бегство и ссылка, и он возвращается домой, тихий, печальный… Надо биться, а он мягкий, добрый, и с кем ему биться совершенно неясно.
Проходит месяц-другой, лето уже, а Смайлику нет подходящего противника.
И вдруг объявился. На первом этаже новые люди поселились, привезли небольшого котика, ему тоже нужно здесь жить. Он чуть постарше Смайлика, но зато совсем чужой, они друг другу подходят.
Сам бой невидим для чужого взгляда, это не за кошку сражаться, дело внутреннее, номенклатурная разборка. При титульных боях должны быть два главных кота, значит, Федос и Ксерокс, несколько второстепенных, и кошки, конечно, потому что слух должен разнестись по всем домам.
Драка показательная, формальная, много крика и ругани, завываний и шипа, размахивания лапами… потом несколько коротких схваток в завершение боя. Нельзя побежать, это главное, а кто победил со стороны не видно. Но каждый кот знает, кто победил. Чтобы это знать, недостаточно уметь чесаться ногой, нужно быть настоящим котом.
Наш Смайлик победил. Серый оппонент проиграл бой, то ли голову повернул не так, то ли еще что-то… Даже не схватились! Откуда знаю? Мне доверяют, я видел. Смайлик молодец, все в глаза, в глаза… И оба получили свой номер, только Смайл стал вторым с конца, а новый Серый — первым, значит, последним. Но быть последним в номенклатуре лучше, чем первым среди нетитулованных. Пока нетитулованный, ты никто.
Потом Смайл сидел у меня на коленях, давал себя гладить и чесать за ушами. А когда я уходил, он за мной не пошел, хотя я видел — очень ему хотелось посидеть на коврике детства. Нет, он прыгнул в форточку, и ушел не попрощавшись, надо ведь в новом качестве обойти все наши дома.
Зато встал Брыська, который валялся на газете, пошел со мной осматривать коврики. Брыська следующий, значит. Но он не станет драться с теми, кто в хвосте, он силен и самолюбив. Я думаю, Брысь закажет бой самому Федосу, будет бит, но займет в системе высокое место. После Ксерокса. Брысь станет третьим, потому что с Ксероксом биться правила не позволяют, все-таки отец родной. И пока не состарится Ксерокс, не пропустит очередную сессию, Брысь вторым не станет. Боюсь, что Ксерокс тогда исчезнет, как сделал старик Нашлепкин, которого я ищу. Нет и нет его… Но это тема для романа. Поиски Белого Кота…
А пока все, небольшая такая история.

Автор: DM

Дан Маркович родился 9 октября 1940 года в Таллине. По первой специальности — биохимик, энзимолог. С середины 70-х годов - художник, автор нескольких сот картин, множества рисунков. Около 20 персональных выставок живописи, графики и фотонатюрмортов. Активно работает в Интернете, создатель (в 1997 г.) литературно-художественного альманаха “Перископ” . Писать прозу начал в 80-е годы. Автор четырех сборников коротких рассказов, эссе, миниатюр (“Здравствуй, муха!”, 1991; “Мамзер”, 1994; “Махнуть хвостом!”, 2008; “Кукисы”, 2010), 11 повестей (“ЛЧК”, “Перебежчик”, “Ант”, “Паоло и Рем”, “Остров”, “Жасмин”, “Белый карлик”, “Предчувствие беды”, “Последний дом”, “Следы у моря”, “Немо”), романа “Vis vitalis”, автобиографического исследования “Монолог о пути”. Лауреат нескольких литературных конкурсов, номинант "Русского Букера 2007". Печатался в журналах "Новый мир", “Нева”, “Крещатик”, “Наша улица” и других. ...................................................................................... .......................................................................................................................................... Dan Markovich was born on the 9th of October 1940, in Tallinn. For many years his occupation was research in biochemistry, the enzyme studies. Since the middle of the 1970ies he turned to painting, and by now is the author of several hundreds of paintings, and a great number of drawings. He had about 20 solo exhibitions, displaying his paintings, drawings, and photo still-lifes. He is an active web-user, and in 1997 started his “Literature and Arts Almanac Periscope”. In the 1980ies he began to write. He has four books of short stories, essays and miniature sketches (“Hello, Fly!” 1991; “Mamzer” 1994; “By the Sweep of the Tail!” 2008; “The Cookies Book” 2010), he wrote eleven short novels (“LBC”, “The Turncoat”, “Ant”, “Paolo and Rem”, “White Dwarf”, “The Island”, “Jasmine”, “The Last Home”, “Footprints on the Seashore”, “Nemo”), one novel “Vis Vitalis”, and an autobiographical study “The Monologue”. He won several literary awards. Some of his works were published by literary magazines “Novy Mir”, “Neva”, “Kreshchatyk”, “Our Street”, and others.