ответ (временное)

Бывают такие живые тексты... у каждого пишущего, я думаю, бывают... Которые лучше не трогать, потому что страшно превратить в рассказ, повесть или роман, и таким образом убить, обязательно потеряв интонацию и "температуру". Все, что окультурено - почти всегда ущербно. Есть, однако, некоторые книги, я знаю три или четыре, в которых живая интонация не убита, но ослаблена. Одна из них "Манон Леско", из которой я бы удалил аббата, оставил бы только голос самого кавалера Де Грие (кажется так его имя) - живой голос...

Засыпание Каси

/////////////////// ////////////////////// ///////////////////////////// ............................... Не потеря сознания, а переход в другую форму. Если помнить, то переход не кажется таким страшным. Рассматривать сверху - вниз. Совсем перестал "чистить" фотографии. На черной кошке всегда полно пыли. Удалить ее в Фотошопе ничего не стоит, пять минут работы. Но расхотелось. Небрежность - признак ухода из жанра? Черт его знает, наплевать.

Султан и Ассоль

................. Единственная фотография, где они вместе, я тогда еще мало фотографировал. У них была долгая любовь. Ассоль умерла, и Султан ушел из нашего дома, поселился в заброшенной котельне, которая называется "Крейсер Аврора" (за свои трубы, очень похожие), заглядывал к нам редко, и только в прошлом году вернулся в наш подвал.

между прочего, по ассоциации…

Мой учитель в науке Михаил Владимирович Волькенштейн когда-то рассказал мне, как он впервые приехал в Индию. Прилетели они ночью, их привезли в город, поселили в гостинице. Утром пришел сопровождающий, и они пешком отправились в Университет на конференцию.  Расстояние было небольшое, идти минут двадцать, и, конечно, М.В. предпочел пешком добраться. Так вот, он шел и смотрел по сторонам. Это настолько захватило его, что двадцать минут показались ему часами. М.В. был яркий талантливый экстраверт. Всё, что он узнавал или открывал в науке,  тут же спешил сообщить людям. Когда он работал в физике, в оптике, в теории полимерных структур, его выручала отличная подготовка и большие способности исследователя. Огромный труд трех физиков Эльяшевича, Степанова и Волькенштейна по оптике был действительно уникален и полезен нескольким поколениям ученых. Потом М.В. увлекся биологией, но здесь стремление "тут же донести" стало подводить его. Он, действительно, предложил несколько интересных приложений физики к биологическим структурам, например применил эффект Фарадея, дисперсию оптической активности и круговой дихроизм к гемсодержащим белкам, получил много интересной информации. Но в свои огромные книги по биофизике он включал всё, что увидел и узнал - и действительно новые разработки, и результаты частного характера, и вещи, давно известные биологам, он ведь был новым в этой области человеком, и все казалось ему интересным. 

 

попался на глаза (из романа Vis Vitalis)

весь фрагмент:
http://www.periscope.ru/tallinn.doc

////////////////////////
Придя значительно раньше отправления, он нашел свое место и, уже весь в себе, сосредоточенно смотрел на грязный мокрый асфальт с припечатанным к нему окурком. Он рвался поскорей обратно, чтобы все изменить! Куда? зачем? что делать? - он не знал, но терпеть и ждать не мог.

Поезд заскользил вдоль перрона. Никто не махнул ему вслед рукой, не улыбнулся, и хорошо - он не хотел взваливать на других даже часть своей ноши. Я сам, сам! Он давно был в одиночестве, потому что людей, как самостоятельных существ, не воспринимал. Нет, легко привязывался, увлекался, но... другой казался ему продолжением собственного пространства: его несостоявшимся прошлым, его будущим в разнообразных ракурсах, в другом времени... Он нашел в себе и жадность Фаины, и мелочную гадость Ипполита, и патологическую обстоятельность, и страсть к безоглядному обжорству и пьянству, и тщеславие, и многое другое, что видел в окружающих его персонажах. Потому и видел, что узнавал свое. И таким образом мог понять другого. То, что он не мог приписать себе, обнаружить в своих закромах хотя бы под увеличительным стеклом, вызывало в нем глухое непонимание и недоумение. Мать, отец, Мартин всегда были его частями, частицами, а после смерти перешли в полное распоряжение - он принял их окончательно, боролся и спорил с самим собой. Какими они были - живыми, он не знал, и это иногда ужасало его, как может ужасать жизнь в мире теней. А вот с Аркадием все пошло не так. Почти сразу разочарование: лагерные истории надоели, собственное пространство не расширяется, новых ракурсов не предвидится... Старик оставался со своими глупостями, смешными страхами, дикими увлечениями, невежеством с точки зрения современной науки... Потом что-то начало смещаться - непостоянство Аркадия, его смешные и неуклюжие выходки, искренние слова, готовность всегда выслушать, накормить, помочь, утешить, их долгие беседы ни о чем, раздражавшие Марка, и в то же время такие необходимые... и главное, неизвестно отчего вдруг вспыхивающая жалость, недостойная сильного человека - то к согнутой спине, то к случайному слову или жесту, то к улыбке - все это вытащило Марка из его постоянной скорлупы; перед ним был человек в чем-то очень похожий на него, близкий, но другой, другой!.. Не вписывался в чужое пространство: выпадал - и оставался. Марк даже принимал от него слова утешения и поддержки, потому что чувствовал себя сильней старика. "Не так уж мне плохо, - говорил он, карабкаясь по темной лестнице, - вот Аркадию плохо, а он все равно жив, и даже веселится..." Он возвращался от Аркадия, будто выплакавшись, обретя мир под ложечкой, где жила-была его душа.

Он, конечно, не верил в нее, отдельную от тела субстанцию - смешно даже подумать! Не верил, но все равно представлял ее после своей смерти - трупиком с ободранной кожей и замученными глазками... "Это навязчивое желание представлять себе несуществующее, плодить иллюзии и заблуждения, и погубили во мне ученого, который обязан разводить далеко в стороны то, что есть на самом деле, и что копошится, колышется во мне самом..."

Он вспомнил, как говорила ему Фаина - "у тебя раздвоение души, ты не живешь мыслью, врешь себе... а вот я - живу..." - и тут же страстно грешила, объясняя это долгим воздержанием, тяжелой жизнью в молодости, постоянным умственным напряжением, от которого следовало отвлечься, любовью к сладкому, своей подлостью, наконец, интересом к нему - "ты забавный, молодой, страстный, как с цепи сорвался, дурачок..." И всю эту кашу считала разумным объяснением!

Теперь он видел, что ничуть не лучше ее! Где же, в каком мире живут люди?

К Новому году — послание самому себе

////////////////// Перед Новым годом просматриваю ленту, в другое время редко выбираюсь. Правда, захожу в журналы - кто-то кинет мне пост, я сразу к автору в гости - что за человек, чем занимается... Старческое любопытство, раньше не было, смайл или не смайл, не знаю. Вижу, что популярно отчитываться за год. Стал думать, чем был интересен год... Главное - выставка живописи в Серпуховском музее, после нее семь работ в запасники ушло. Музей замечательный. Думаю, два-три десятка фотонатюрмортов можно назвать скромной удачей. И много текущего, но нужного строительного мусора, из которого что-то можно, потом вернувшись, использовать. Постоянное участие в журналах "Иероглиф", "Фотодом" и некоторых других. Вывешивать полезно, поскольку напрягается самооценочная функция, пусть задним числом, но для будущих работ, надеюсь, пригодится. Напоминает движение к свету инфузории-туфельки с ее слабеньким глазком, но другого ориентира нет. А то, что стремление к точности часто соседствует со скукой, понятно, - чем больше занят своими пятнами, тем чаще зрителю смотреть скучно. Что поделаешь... Но иногда делаю порезче, по настроению, конечно. Удачей считаю, что не прочитал ни одной книжки за год, отношение к словам определилось. Оно не помогает писать, но помогает не писать мусор. А там - посмотрим, если ничего за жизнь не накопилось, сам виноват. Несколько онлайновых публикаций всяких эссе, миниатюр, типа афоризмов и т.д. Которые сами собой спонтанно лепятся в ЖЖ (иногда) Здесь надо отметить журнал Ю.А.Кувалдина, он исключительно доброжелательно относится к моим писаниям. Публикация в "Новом мире" (№12) "Записок интроверта". Вообще, настороженно отношусь к "трем толстякам" {{с 80-х годов, пошел по пути своих книжек и Интернета, и не жалею}} но дело сделано, и я журналу благодарен за отсутствие спеси, в отношении ко мне уж точно (должен признать, смайл над собой) Да, чуть не забыл: постепенно вырисовывается жанр, в котором у меня есть некоторые преимущества и возможности - небольшая картиночка, - живопись, зарисовка или обработанное фото - и короткий текст к ней, связанный с изображением многообразно: иногда прямо, но чаще ассоциативно, включая и трудно уловимые, чисто личные ассоциации. Не думаю, что очень ново, но доставляет массу удовольствия. Год знаковый для моего отношения к стране и месту, в котором столько лет живу. Идет необратимый процесс распада, и никакие победные реляции, честные глаза и улыбки меня не убеждают в обратном. Но знание кое-какой физики подсказывает, что на гребне процесса, энергия распада может, пусть временно, питать высокие и сложные ЛОКАЛЬНЫЕ структуры, очень симпатичные выбросы и флуктуации. Но мой срок ограничен, ничего хорошего не увижу. Но интроверта это не останавливает (к счастью), интровертизм и есть настоящий оптимизм, другие проявления кажутся надуманными или фальшивыми. Так что год не прошел совсем уж даром, но время бесценно, и никакие ужимки и прыжки его не окупают, смайл, если хотите...

из ответа обидчику интровертов, смайл

Заповедь интроверта, мазилы или писаки, все равно: помни, если тебе интересно, это не значит, что интересно кому-то еще. Но если тебе ОЧЕНЬ интересно, то забудь, и делай. А если не очень интересно самому, то признай, и начни другое. И снова помни - если тебе интересно, то это для других, может быть, ноль. Но если ОЧЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО... и т.д.

Масянькины мечты о власти…

............ Вот что такое характер. Появилась в нашем доме полуживая, с отмороженным хвостом и полуотмороженными ушами, но как пришла в себя, начала добиваться главенства во всем. И не получилось. Но не сломалась, образумилась, стала хитрей, вошла ко мне в доверие... а потом мы друг друга полюбили... И теперь мне приходится дипломатию среди кошек разводить, чтобы никому обидно не было. Можно ведь одной рукой гладить одну, другой - другую... ласковые слова говорить, но имен не называть, смайл... Ну, обычное дело.

ой, старинная зарисовочка якобы на крымской берегу

................. Интерес ее не в натуре, довольно смешной... (потом по ней написал картинку темперой, ну, более умелую, но тоже смешную...) а в облегченно-лессировочной технике. На темной бумаге прокладывал светлые участки темперными белилами, а после высыхания осторожно "лессировал" акварелью. А потом надоело, как надоедают всякие технические ухищрения, - обнаруживается, что то же самое можно сделать проще.

Пущино со стороны Оки

............... Мне говорят, ваша неприязнь в городу, в котором прожили больше половины жизни, из ваших зарисовок ясна. Не так, город мне жаль. Но еще жальче холм над Окой, на который этот поселок так неловко водрузили. Но сначала старались, а потом... как всегда, как обычно получилось. Мечты были невыполнимы, а действия - неисправимы. НЕ отрицая исторической объективности-справедливости, замечу второстепенное, но важное - победили дураки. Не то, чтобы их больше стало - всегда в избытке были. Они власть получили. Власть алчных дураков. Довольно смешное заключение для без пяти минут доктора наук, но не хватало еще, чтоб меня экономике и политграмоте учили... Раньше у власти были осатаневшие от власти графоманы-большевики, а теперь осатаневшие от запаха денег дураки. И привет всем в пять утра.
//////////// Отмыл чайник, наконец. Не думаю, что он доволен, попробуем, как чай... Если что, он тут же отомстит. Попробуйте зеленый чай заварить по цвету - чтобы от черного не отличить. Рак остановит на скаку...

Прозрачные гифы — штука странная

................. Изображения, построенные с помощью фона. В этом есть интерес, лукавство - и подвох. И провокация самоуправства. Зритель может вмешиваться в ткань, это как? Можно, конечно, про оригинальный фон предупредить, но зачем? Иногда можно и поиграть. Заманить зрителя в ловушку? Слишком сильно сказано... Некоторое равнодушие проявить? Не диктовать от начала до конца? Печальный может быть результат. Живопись не такой диктат, как слова, но все же... А если так? http://www.periscope.ru/gallery/gmg/10sum2.htm