ИЗ АРХИВА

Зима. Вид из окна на Оку и заповедник за ней. ................................................. Иллюстрация к рассказу о зоопарке. Я и Волк. И в Сети рассказика вроде бы нет! Какое счастье, чего-то нет в Сети :-)) А в книжке "Мамзер" (ОНТИ, Пущино, 1994г 500 экз, у меня один остался) он есть! Только где эта книга, ау!.. Хотя так и должно быть, растворилась книга, но каждый раз это странно, людей-то море, и кажется, что пропала... ................................................. Кункен. (Азартная карточная игра. Оч. старая картинка)

МЕЖДУ ПРОЧИМ…

........................................... (художник перед открытым окном. Набросок пером) ..... 1.(моя запись будет убрано, она не по теме) 2.Убрал как обещал, переставил в другой журнал ruspis65 без комментов. (апология фашизма - не безобидные записи, фашистов буду отключать, не вникая в их "тонкости")
Когда я был аспирантом, то работал в очень хорошей лаборатории, по тем понятиям страны и времени, но больше - страны. Но к нам хотя бы приезжали люди типа Александра Рича, не нобелевского лауреата по генетике, но человека, который лично знал и работал с Моно и Жакобом, общался с Криком и все такое. Он был в компании самой-самой, в клубе избранных, в котором не читают публикаций, а встретятся на часок, обменяются сегодняшней информацией, и к себе в лабораторию. А некоторые удирали просто с заседаний, услышат что-то, и сразу в лабораторию, тут же проверять, а утром - ответ. И никаких журналов! Мы были этого лишены, но журналы были, и приезжал к нам Александр Рич, не высший класс, но нечто особенное все-таки, он говорил о нашем местном гении и титане Александре Спирине, выдающемся молодом и подающем по нашим понятиям блестящие надежды: "competent but not outstanding", так он о нашем лучшем говорил, сам при этом не лучший, но рядом с лучшими стоявший почти каждый день. И пивший кофе по утрам. И помню то чувство, гордости от причастности, и все-таки небольшого унижения... небольшого потому что его испытывал и наш великий и могущественный шеф, я видел это по его длинной чуть отвисшей челюсти... постоянная его ноющая боль - никогда не бывать в настоящей загранице, а в ГДР и Венгрии - сколько угодно, но там-то что??? - там наше, и только чуть-чуть ТОТ блеск, потому что больше ездят и общаются, чуть-чуть, но больше... ........... А потом к нам приехал то ли из Брянска, то ли из Воронежа человек лет сорока, он многое знал и умел, читал в сто раз больше нас, отличал Торелла от Теорелла, а мы путали... Но мы-то могли больше, мы-то видели чуть другое, и ближе стояли к истине! Мы чувствовали блаженство когда стояли перед ним, и то можем, и это, и вот наш прибор - английский спектрополяриметр, правда, старый и ручной, каждую точку, пока измеришь, глаза вылезают из орбит, следить за зайчиком на экранчике... Но все равно, это мы - могли, мы - видели, и к нам, а не к нему приезжал Александр Рич, и у нас чудо прибор, а у него - ничего, ничего, ничего... А он стоял окруженный нами, высокомерно поправляющими его, с нашим великим шефом, шефулей, известным физиком, да, но ничтожным генетиком, претендующим, знающим, но ничего не могущим сделать, встроиться в процесс, о котором сегодня, перед завтраком, уже обсудили и решили Моно с Жакобом, и примкнувший к ним за кофем Александр Рич... А мужик этот из Брянска или Воронежа, стоял как старый усталый волк среди молодых псов, все понимал, и презирал нас... и себя, себя, себя... А что потом? Кто куда, навсегда разбежались по российским городам. И канули, почти все... Мне еще чуть-чуть повезло, просунул палец в щель в заборе, несколько статей во всяких Голландиях, их постепенно забывали, ну, три, ну пять лет... и благополучно забыли. А потом я что-то СВОЕ понял - и ушел, закрыл за собой дверь, и до сих пор не жалею, ни минуты не жалел, стал собой, и все мое - с собой, и только от меня зависит, от меня, от меня... Вот старятся наши великие, на дачах академики, и что? А то! С интересом, пылом и страстью прожитая жизнь. И это немало, немало, хотя хотелось больше, и тот же Александр Спирин нобелевской не сделал, почему? Все как у людей было, поездки, приборы, сотрудники послушные... А вот не было того утреннего кофе с Жакобом и Моно... а только приехавший в неважную командировку Александр Рич...