Из двух повестей…

Наконец ключ в сердце замка, поворот, еще - дверь дрогнула, медленно, бесшумно распахивается темнота, и только в глубине слабо светится окно. Тут уже знакомые запахи - пыли, старой мебели… и тепло, тепло… Рука сама находит выключатель, вспыхивает лампочка на длинном голом шнуре, я стою в маленькой передней, прямо из нее - комната, за ней вторая… налево - кухня… Здесь всё мое, собрано за много лет. Можно потрогать… но гораздо трудней защитить, чем то, что только в памяти живо. Каждый раз, возвращаясь, приветствую своих - ребята, я вернулся! ……………………………………. Большая двуспальная кровать, на ней когда-то лежал отец, над его головой гравюра японца, вот она!.. У окна столик с принадлежностями художника. На нем мои краски, несколько баночек с гуашью - две красные, две желтые, черный, белый, зеленый один, а синих нет, я этого цвета не люблю. Бумажка у меня серая, оберточная, шершавая... заранее нарезаю, стопками большие листы… Чтобы гуашь не отвердела, подливаю к ней водички… В потемневшем стакане кисти - новые, с цветными наклейками, тут же - несколько побывавших в работе, но аккуратно промытых, завернутых в папиросную бумажку. Рядом со стаканом - блюдце, запорошенное мягкой пылью, но край остался чистым - синим с желтыми полосками. На блюдце крохотный мандарин, высохший, - он сократился до размеров лесного ореха и стал бурым, с черными усатыми пятнышками, напоминавшими небольших жучков, ползающих по этому старому детскому мандарину. Рядом с блюдцем пристроился другой плод, размером с грецкий орех, он по-иному переживает текущее время - растрескался, - и из трещин вылезли длинные тонкие розовые нити какой-то интересной плесени, которой больше нигде нет, только этот плод ей почему-то полюбился… Над столиком на полочке, узкой и шаткой, выстроились в ряд бутылки с маслом, сквозь пыль видно, что масло живо, блестит желтым сочным цветом, время ему ничего не делает, только улучшает... Повсюду валяются огрызки карандашей: есть среди них маленькие, такие, что и ухватить трудно, мои любимые, долго и старательно удерживал их в руке... и тут же другие, небрежно сломанные в самом начале длинного тела, и отброшенные - не понравились... и они лежат с печальным видом... Стоят многочисленные бутылочки с тушью, в некоторых жидкость успела высохнуть, они с крошками пигмента на дне, нежно звенят, если бутылочку встряхнешь... И все эти вещи составляют единую картину, которая требует художника: вот из нас какой получится натюрморт! На стене напротив окна висит одна картина - женщина в красном и ее кот смотрят на меня. На других стенах пять или шесть картин. На одной из них сводчатый подвал, сидят люди, о чем-то говорят, в глубине открыта дверь, в проеме стоит девушка в белом платье, за ней вечернее небо… На другой картине странный белый бык с большим одиноким глазом и рогами, направленными вперед, как у некоторых африканских антилоп. Этот бык стоит боком и косит глазом - смотрит на меня... за ним невысокие холмы, больше ничего… А дальше - снова подвал, две фигуры - мужчины и женщины, они сидят за столом, на котором тлеет керосиновая лампа, отделены друг от друга темнотой, погружены в свои мысли... Эти вещи и картины… они охраняют реальность моего пространства среди сутолоки сегодняшнего дня. ………………………. На столе мои листы, история не закончена. Зато я дома, всё помню, живы еще иллюзии, надежды… Вытягивая слова на бумагу, всматриваюсь в себя. Блаженное состояние… Но требует терпения. Внешнее впечатление и внутренний стимул, и то и другое должны быть достаточно сильны, чтобы насытить своим состоянием всю вещь. Относится и к живописи, и к прозе. Требующиеся для творчества способности... а может, лучше сказать - требующие творчества?.. не умение говорить и писать слова или схватывать точные пропорции предметов. В первую очередь, особое отношение к реальности, когда человек не бросается переделывать внешний мир, а устраивает его в своей голове, как ему хочется. Одинаково и для прозы, и для живописи… Когда есть такой импульс, то дальше важны повышенная чувствительность, обостренная восприимчивость, чувство меры и ритма, которые связаны с осязанием, ощущениями тяжести, положения тела в пространстве... Творчество почти физиология. Чтобы вместить свое Состояние в тесные рамки формы, требуется его собрать, а значит - усилить, без усиления ничего путного не получится. При этом важно, чтобы не было грубости, тупости, нечувствительности… Тупость ощущений присуща многим образованным людям, здоровым и уравновешенным, которые в обыденной жизни очень даже милы: спокойны и устойчивы, не слишком чувствительны к уколам, обидам, редко выходят из себя... Но не всё подвластно творчеству, его основа безгласна. Простые ощущения - фундамент мира каждого из нас. Теплое прикосновение, сухой песок в сжатом кулаке, мокрая глина, гладкие морские камешки... Начало остается в темноте…

между прочего (ответ на вопрос)

Нет, Довлатова не читал, просмотрел пару страничек одной вещицы, да. И всё. Понимаете, разумеется, вижу, что человек не плохо(не отдельно) пишет, мне это ясно. А дальше... глубоко личное дальше, и в большой степени к Довлатову Не относится. Меня не интересует вот такая привязанность в текущему времени. Почему? Ну, я как-то пытаюсь в любом времени... и независимо от времени находить общие всем временам черты. Конечно, не без намеков на ту реальность, которую хорошо знаю. Но избегая ее досадных мелочей. Виновато конечно и мое воспитание, и вся моя жизнь - грубо говоря, я никогда реальной жизнью не жил - почти ни с кем не дружил (любил - да) не пил, во всяком случае сходок на эту тему не терпел, один, ну, вдвоем... и хватит. Одиночка, увлеченный до предела, возможного для не совсем аутиста, своими занятиями - то наукой, то живописью, то прозой. И теперь нисколько в этом не раскаиваюсь. О чем мне было интересно писать? О зверях, об отношениях между людьми и зверями - конечно, да. О художниках, писателях, хотя в сущности о себе, что поделаешь, это так. Как один человек протягивает руку другому... или зверю... это важно, это в жизни редко бывает, но редкое- оно самое интересное и важное! Саша Кошкин из "Жасмина" - это я о себе, ну, конечно, есть усиление, отметаются ненужные детали - но я только так и могу и писать... и рисовать... Моё писание, также как и живопись-графика-фотообработки, сугубо "монологичны", и только такая проза меня волнует (хотя оценки это что-то другое, могу и пошире смотреть, но быстро забываю просмотренное=прочитанное) Вы спрашиваете про современную литературу. Не знаю такой на русском. Россию и ее культуру любил, и разлюбил, ту, что в современном варианте. А это надолго здесь так, если не насовсем. О пропагандистских маневрах говорить вообще не стоит. Про выпячиваемую любовь к России - тоже. Я приехал сюда из Эстонии в 23 года, был многими чертами 60-х годов в Ленинграде очарован, но это были отдельные люди, узкий круг, да и там я не задерживался никогда, мне обычно получаса общения хватает - и в сторонку, к себе... смайл. Сейчас? Стал терпеливей, и есть несколько человек, с которыми у себя на кухне чувствую себя замечательно... но их только несколько. Уважаемых - круг пошире, да, но тоже ничтожный. Люди, с которыми я бы хотел разговаривать, но не пршлось всерьез - они куда-то делись, умерли, наверное, или уехали... Понимаете, я совершил 1-2 отчаянных прыжка в жизни, и никого слушать и слышать не мог, потому что все (а некоторые - точно, так было) мне говорили, как уважаемый и любимый мной Михаил Волькенштейн, отличный ученый - "Дан, вы не Гоген..." он мне говорил. Зачем мне было это слушать, наверное, он был прав, но мне эта правота не нужна была, с ней бы я бросился учиться, рисовать гипсы, копировать, стараться быть "похожим на художников"... а это было мне чуждо. Единственное в жизни, что я действительно мог и умел - это хотеть. Наверное, сыграло свою роль детство, болезни, когда перевернуться на другой бок стоило мне мужества и преодоления. Выросло тотальное наплевательство на чужое мнение, да. А результаты - как получится, я был согласен. Но начал я с Довлатова, не с Прилепина же начинать. Чужд мне Довлатов, наверное, хороший писатель. Только мнение, и для ЖЖ оно, никогда не стал бы высказываться пошире, кому э\то интересно... а ссылка на FB пустой номер, оттуда ко мне в ЖЖ почти никто не ходит, кроме знающих меня по ЖЖ, так что ничего страшного. Кажется, ответил Вам, пусть денек повисит, придет к Вам весточка, прочитаете, завтра уберу. Не люблю громко кричать. Вы пишете, что как писатель я "недооценен"? Не думаю так, моим рассказикам больше тридцати лет, смотрю в "Сетевой словесности" - их еще читают. Кое-какие слова я там бы выкинуд, переставил знаки "препирания" но в целом не отказываюсь от себя. Извините, что отвечаю здесь, письма пишу только ОЧЕНЬ знакомым людям, а ответить на вопрос иногда хочется. Вы дали мне ссылочки на прозу-ру, спасибо, но я не судья, мало что знаю, так что ответа не ждите, и помочь Вам... ну, никак не могу, у меня фактически нет связей с журналами. С уважением Дан

АССОРТИ 3 (17092015)

Натюрморт с увеличительным стеклом. ............................................................ Любовь до гроба (умерли в один день) .............................................................. Залив (б. цв. и ч. тушь) Двойная обработка ............................................................... Взгляд в темноту ............................................................... ... если бы молодость знала... (если бы старость могла...) ............................................................... Похоже, старый ежик заблудился в своем же доме... ............................................................... Ассоль в своих любимых тонах ................................................................ Перед окном ........................................................... Перед картиной