между прочего.

Творческое усилие важней результата. Результат это сегодня, а усилие смотрит в завтра, утончает зрение, обостряет чувство, создает возможности двигаться дальше, дает шанс... Поэтому не высоко ценю напечатанные на бумаге тексты, они фиксируют состояние вчерашнего дня, а на фига оно мне, это похороны текста, да и меня тоже. Текст в Интернете куда интересней, он всегда живой, варианты дышат жизнью. То же относится к картинкам, фотонатюрмортам и прочим. Конечно, если написана картина, то неплохо сделать точную репродукцию, но это в сущности архив. Также как музей. Работа художника, фото-художника на экране, в "цифре" - будущее. Работа писателя, прозаика с текстом как с живым существом, чтобы видеть его, слышать его звук, и свой голос - интересней бумаги.

АССОРТИ 3 ( 07082015 Хисари)

Они дружили как Герцен с Огаревым... ................................... Осенний вечер. Если б вы знали, как надоели мне российские ровные гороизонты и бескрайние пустые поля... А ведь любил я вас когда-то, и много лет любил... ............................. Сто лет чифир по утрам. Мне мать завещала, потомственный гипотоник. Я усовершенствовал технику, смягчил - мой чифир не лагерное пойло, но вкус... ничем не перешибешь... 🙂 Это не чай с конфеткой. ............................ День рождения лет тридцать пять тому назад, ушедших уже больше, чем живых. ......................... Портрет И.К. Гениальный выход для портретиста нашел Пикассо - кубизм, и женщины не возмущаются, уже не говорят - "непохожа", а ищут в квадратах и кубах свое лицо. А мне все равно, портрет писать или кувшин, одинаковые задачи. ............................... Набросок из Крымских времен. Мне чужд крымнашенский идиотизм, он плохо кончится. А Крым всегда был мой, моим и останется 🙂 Земля не принадлежит людям, это мы ей принадлежим, и наш конец это убедительно доказывает. Уйдут все люди, своей глупостью и злобой самоуничтожатся, а земля останется... ......................... Портрет старого юриста, по классификации Ж. ............................. Из серии "как было" Как стояло. Лукавство небольшое: выбор есть, но сдвинут, он в свете, в ракурсе, в цвете... а что стоит - какая разница, что стоит...

ПИСАКИ и ЧИТАКИ… (многократно — из «Кукисов»)

Не поэт, и не брюнет… //////////////////////// Писатель, поэт – неудобные слова. Как-то спросил одного хорошего поэта – «вы поэт?» Он смутился – пишу иногда... бывает... В общем, случалось с ним, иногда, порой… Так что стоит пару слов сказать – про писак и про читак. Писака обижается, если ему говорят неприличные слова. Но, я думаю, зря, – профессия уникальная, если хороший. Даже если всех писак собрать, то больше чем столяров не наберешь. Столяр знает, чтобы на стуле уси- деть, требуется известная часть тела. Хороший стул на все размеры годится. А чтобы хорошую книгу понять, другие места нуж- ны, они не у каждого находятся. Писака, если интеллигентный, начинает недостатки в себе искать. Мучается… И часто сдается, решает – «надо как они»: жизнь их- нюю описать, как чай утром пролил, сморкнулся, фор- точку открыл, запах стереть… Детёнка в сад водил… Про училку, про редактора зловредного... В общем, хочет подать читаке знак – писака такой же перец, такой же кактус как ты, милый-дорогой!.. Чтобы, буквы перебирая, не рассерчал, не зевнул не- нароком... Какая глупость! Писака, не гадай, чего читака чешется, на всех не нагадаешься. Дунь-плюнь, поверь, – если читака книгу твою ку- пил или даже прочитал… ничего не значит. Не радуйся, не огорчайся. Подожди лет десять, там посмотрим – или читака умрет, или ты… Или книга.

и к себе относится… :-)

Культура здание ажурное, прозрачное снизу вверх, сверху вниз, вдоль и поперек. Если конечно думать о том, что остается. А все остальное... Мусор. Бубенновы, сорокины,пелевины, акунины... барды всякие с песёнками... разнокалиберный, но вздор. Сколько угодно выдумывай мысли умные, чем умней, тем старей они... Можно акробатничать, фиглярничать, модерничать, премии собирать, похвалы коллекционировать... невнятицу как бы талантливую нести... Необязательность, мелочевка дня текущего... всё зря. А почитатели... у каждого столба и кочки найдутся. Общайся, пей с кем нужно, побольше о высоких материях талдычь с друзьями да за пивом - и будет как надо. Пока не помрешь, или обессиленный в свой угол, ползком... Мусор. Еще есть лесовики - возводящие временные построения, леса - они необходимы и полезны, творческую среду поддерживают... если не начинают себя к гениям причислять. Попасть в строители лесов почетно, мало кому удается... Видно будет... через пятьдесят лет, когда забудутся хвалы, ругань, премии-медали, споры-разговоры. Второе рождение?.. Чаще, гораздо чаще - вторая смерть.

ТАКАЯ СОБАКА…

К нам ходит особая собака - толстая, белая, морда поросячья, а глаза китайские. Она по аллейке от нашего дома до девятого шлепает, с лапы на лапу переваливается, от дерева к дереву по правой стороне, и каждое поливает толстой шумной струей, у нее хватает на все деревья, что выстроились вдоль дорожки. Потом ковыляет обратно и поливает деревья с другой стороны, опять-таки с правой, но с другой... добирается до угла нашего дома, не забывает камень, большой булыжник, когда фундамент закладывали, вытащили, да так и оставили... польет его - и исчезает. Я думаю, она живет в домах по ту сторону оврага, там нет деревьев - новая застройка, и собака перебирается через овраг к нам. Это должно быть ей нелегко дается, при таком телосложении, но видно, очень нужно - здесь деревья, она делает дела и гуляет. Если это будет продолжаться, деревья могут засохнуть, зачем им столько солей... Особая порода, если б это был человек, его считали бы дебилом. У нас есть такой идиот в доме напротив - толстый, белый, глаза китайские, ручки коротенькие, лицо широкое, плоское - и нос пятачком, как у этой собаки. Может бывают идиоты среди собак?.. Об этом знают только собаки... Я вижу, они обходят эту стороной, то ли запах особый, то ли голос... Голос, действительно, странный, она не лает, не визжит и не воет, как некоторые по ночам, у нее хриплый возглас вырывается, словно прокашливается перед важным сообщением, горло прочищает... Хмыкает многозначительно и продвигается вдоль правого ряда деревьев, по аллейке между нашим и девятым... стволов там восемь штук... затем поворачивает обратно, шлепает вдоль другого ряда... И так раза два или три, от погоды зависит, от настроения, или запаса жидкости в теле... не знаю... Я стою у дома и смотрю, как она сначала удаляется, потом приближается... Она продвигается и поливает все деревья, не пропуская ни одного, наконец на втором или третьем заходе добирается до угла нашего дома, опять камень! - и скрывается. Я заглядываю за угол, чтобы убедиться - она же с той стороны! откуда же еще... но ее уже нет. Странно, трава здесь невысокая, кустов нет, а до оврага добраться, с ее-то ногами, не так просто... А в повадках что-то смущающее, непреклонность в движениях, пусть неуклюжих, она знает, что хочет, ей цель ясна до последнего клочка шерсти, или еще чего-то, ценного для собак... Так двигался летчик-испытатель, который вырвал мне верхний коренной зуб. Тогда он уже не был летчиком, попал в катастрофу, его уволили, он проучился два года в училище, зубопротезном, какие протезы делал, не знаю, но зубы выдирал именно так: мельком заглянет в рот - "ага, этот!" - и тут же отходит, после катастрофы нога короче, передвигается неуклюже и неуклонно... как эта собака. Вернее, теперь, глядя на собаку, я вижу того техника, испытателя... Он отходит, берет не глядя со столика клещи, я уверен, не те, что надо, не те!.. и тут же, не задумываясь, возвращается, протягивает руку, на лице ни сомнения, ни мысли... Я даже рта не закрыл, чтобы снова открыть, и духом не собрался, как клещи уже во рту, тут же зацепили, и моментально хрястнуло, обожгло болью, но уже все, все позади... он быстро и ловко крутанул, сила у него была, дай Боже всякому, а клещи наверняка не те... Вот с подобной неуклонностью... Я смотрю - движения те же... и снова собака скрывается за углом. Я туда, а ее и след простыл. Ну, не могла добраться до оврага, не успеть ей! Движения совсем не быстрые, быстрота бессмысленна, если перед действием остановка, главное, чтобы остановки никакой - шел и сделал, протянул руку и вырвал... Или вырезал, вырезал тут же... как хирург с густыми усами, старик, вырезал мне гланды лет тридцать тому назад. Сначала уколол глубоко в горле длинной иглой, в первый момент больно, потом только хруст... отложил шприц и не глядя хватает ножницы с длинной волосяной петлей, сует в рот... даже не сказал, что главный момент, не предупредил, не промычал как обычно на обходе - заглянет в горло, хмыкнет, значит, там помойка у тебя... А он, не сказав ни слова, хотя домашний друг, папин приятель... хватает петлю и в темном узком родном пространстве затягивает, душит мои гланды - и хруст... И собака исчезает за углом. Я тут же высовываюсь - нигде нет!.. с ее поросячьим носом, узкими китайскими глазами... Такие я видел... у одной женщины, подавальщицы в столовой. Она толстая, белая, видно, очень плотная, даже твердая... наклоняется протереть клеенку, грудь почти вываливается на стол, но все-таки удерживается, а глазами косит на нас, студентов... сытая, конечно, и ждет поступков... а мы только ждем, когда вытрет лужи, уберет пустую корзинку из-под хлеба, принесет другую, полную мягких больших кусков, и тогда, не обращая на нее внимания, будем есть хлеб, запивать компотом... У нее родители китайцы, наполовину, кажется, и такие вот глаза... узкие, косые... и вся толстая, белая, как эта собака, или даже толще... Наклоняется, и грудь... И собака снова скрывается за углом. Я бегу, смотрю - ее нет нигде.