Рубрика: Uncategorized

Рисование «мышкой»


……..
Иногда хочется вставить в текст простой рисуночек, и не отвлекаться, брать бумагу, перо, потом сканировать, а сразу!

временное


///////////////////////////////////////////////////////////
«Выживание приспособленных» из жесткого, но эффективного механизма развития (в животном мире) превратилось в проклятие и подлость — в человеческой среде.

Прогулки в любую погоду


/////////
Была такая серия по мотивам повести «ЛЧК» (Любовь к черным котам», «Цех фантастов-91») У издательства нашлись свои художники, и иллюстрации не понадобились.
Автор не думает, когда пишет, это ведь не мысли, просто картинки выстраиваются в словесный ряд…
Зато по прошествии многих лет начинает думать, и оказывается, что всю жизнь писал об одном и том же (почти) Это была повесть, законченная в 1984-ом. Заброшенный городок, несколько стариков и старух, их коты и собаки, полуподвальная жизнь, дурацкие смешные притеснители котов — кошкисты… и полное счастье жизни в уединении, нищете и покое. Другая, одна из последних, повесть «Последний дом» — в сущности о том же: город, правда, строится, но совсем в другую сторону от людей, о которых речь. Притеснителей не стало, просто люди брошены на произвол. Овраг, который обрушился в повести «ЛЧК» — с образованием озера чистейшей воды… он же в «Последнем доме» тоже подбирается к дому, а дорогу, которая соединяет обрывок живой жизни с общим городом… ее хотел взорвать бомж Гена, философ-пессимист, но вместо дороги взорвал себя, исчез, никому не навредив… как в повести «ЛЧК» исчез, видимо, упав в трещину в земле, ученый-историк Крылов, малосимпатичная личность, и, наверное, до сих пор летит, «удивляясь многомерности мира, приютившего нас…»
В общем, между повестями почти два десятка лет, но многое не изменилось, а то, что изменилось, стало еще хуже. Наверное, не совсем справедливо, но вряд ли стоит от писаки требовать справедливости… :-))

только для ЖЖ


……………….
Наброски, разумеется. Способы обучения себя различны — у кого-то собраться и делать до конца одну вещь, исправляя, добавляя. Я обычно бросал и начинал новый холст или рисунок.
Экран великая вещь, нельзя заново пережить жизнь, но можно, не трогая оригиналов, на их основе лепить новые циклы.

разумеется, только для ЖЖ


……………..
Какие-то детали — драма фигур, свет, меня интересовали, и я делал такие примерно набросочки с известных картин. Ничего копировать не собирался, меня интересовало другое — как ОН распоряжался у себя, в своем пространстве. Понимаете, конечно, кто — Рем, Рембрандт. Пусть он велик, а я мал, но тоже хочу понять, сколько могу.

У реки (только для ЖЖ)


///////////////
Такие наброски имеют смысл — для автора. Хотя никогда не писал с натуры, придя домой,кое-что для памяти набрасывал. Сейчас вообще перестал интересоваться пейзажем, природу незачем копировать. Еще более это относится к пейзажной фотографии, миллионы закатов и восходов порядочно надоели, и мало что здесь можно придумать, если не обрабатывать тотально, конечно. Крупным планом — драма вещей, их взаимоотношения, и атмосфера их жизни, конечно, это интересно.

из повести «Остров»


……………

Сегодня еще удачно, выпадение мягкое, плавное… Недалеко проник! Моргнул свет, вселенная замерла… и опять вернулось кручение-верчение небесных тел, пошлая демонстрация силы, нас этими штучками не удивишь, не проберешь – звезды, планеты, якобы бесконечность, разбрасывание камней в темноте и холоде или раздраженная лава, взрывы и прочее… После короткого замыкания в мире снова вспыхнул усталый день, вокруг печальное тепло, лето уходящее, дорога, дорожка, куда, зачем?.. по ней только что прошелся дождь, причесал крупной гребенкой, с листьев скатываются ледяные капли… Какой в сущности чудный обустроен уголок, и сколько это стоило бесчувственным камням, мерзлой пустоте – выжать из себя, отдать последнее ради крохотного теплого мирка?.. Без дураков жертвоприношение — хотя бы в одном месте создать видимость уюта! Надо же родиться таким мелким и злобным существом, так пренебречь, не оценить, подло воспользоваться… Совершено предательство против природы, все ее усилия насмарку – грязью облили. Так мы и живем, люди.
Вернулся, и чувствую — холодней стало, мое отсутствие природе на пользу не пошло. Значит сохранились обрывки памяти, при этом не помню ничего про время, то есть, долго ли отсутствовал, и, что особенно важно, спроси меня, кто я и где живу, не смогу ответить, особенно сразу. Только без сомнения чувствую, вижу — старикашка, прервалось безумство, в молодости отключили свет, пожалуйте обратно… Теперь, как обычно, предстоят странные усилия, подробные разбирательства, эти шалости никогда с рук не сходят, не обходятся задешево, я имею в виду расставания и встречи. Теперь из слабых намеков, что, вот, было вроде бы теплей, а стало хуже, или вот дождь, а его не было… я должен заново слепить картину сегодняшнего дня. Как человек находит новое, каким чутьем, так я и не понял.

Но есть и достоинства во внезапных выпадениях, возвращениях – несмотря на старость и паралич памяти, вижу и чувствую остро, свежо, не спеша вдыхаю прохладный ноябрьский воздух, легкий, прозрачный, в зрачки свободно льется негромкий осенний свет, желтые, красные, коричневые пятна утешают меня, просто и тихо говоря о скором освобождении, чего же еще желать, кроме простоты и тишины, осталось?..

Но пора включаться в природные процессы, отстраниться от гордости, тщеславия, ненависти, вины, смотреть спокойно, пожить еще, если уж решил задержаться, а я решил, правильно – неправильно, не могу сказать. Каждое решение имеет срок, и мой к концу приближается. Но есть еще дела – рассказать, подвести итоги, некоторые события не должны пропасть бесследно.

Так вот, выпав с той стороны, скатился на ночной ледок, он с большим самомнением, упорствует под каблуком, хотя и дает понять, что к середине дня смягчится… Все еще скольжу, размахивая руками, пытаюсь удержаться на ногах, и вдруг понимаю, какая суета!.. За поисками истины упускаю главное — медленное, постепенное слияние начинается, я все больше с ней сливаюсь, с природой, и в конце концов полностью сольюсь, стану, как говорил отец, травой, землей, и это принесет мне облегчение, надеюсь. Но еще есть дела.

…………
Прошлое зависит от настоящего, как сейчас живешь, такое в тебе прошлое живо. У меня к концу… что скрывать, от самого себя не скроешь… в конце, значит, произошел обрыв, или обвал, и на самом краю удерживается, сползая вниз, сегодняшний день, а с другой стороны — немногое из того, что было, как говорят, «давным-давно», с чем никогда не соглашусь, не во времени дело. Провал в полжизни шириной, лучше так сказать. Впрочем, подозрение есть, что забытое рухлядь, нечего и сохранять было. И я прыгаю туда-сюда с рюкзачком за спиной, в нем то, что помню всегда. Главное давно со мной, а все недоумения и трудности от непонимания, вот с этим плоховато, мне трудно понять…

Скользил, смеялся, и пропал оттуда, где еще можно было повернуть события. Или так кажется, молодым всегда кажется, куда хочу – поворочу… Возвращаешься, падаешь на гнилые листья, будто из одного сна в другой, будто ослеп и оглох на миг, будто тяжелым и тупым по шее… Словно просыпаешься в неизвестном месте, гадаешь, что это, где я… или сон продолжается, или надежный дом?.. Надежности ни тут, ни там, отсюда страх. Трудно, когда меняется вокруг, больно, если остается.

Цветы на подоконнике


……….
В Фотодоме спрашивают, почему два цветка и почему справа светло, а слево — темнота, что бы это значило… 🙂
Умиляют меня эти толкователи. Да ни-ча-во, а просто темно, светло и два цветка.

Черныш


………
Настоящего имени еще не было, я называл его Черныш. Здесь он старше и уверенней в себе, начал бегать через дорогу, вот и попался. Сзади его мать Мотя, она не смотрит на него, но почти всегда рядом, была.
……………
А я хожу и думаю. Нет, ничего особенного не придумал. Но ЗНАЮ, если б спросили — «хочешь, сейчас, в момент умрешь?.. Зато вернешься на свою землю НАВСЕГДА. Но котом… Черным. Или другого цвета…»
Даже не задумаюсь.
Днем буду спать, летом в траве густой, осенью на опавших листьях, зимой — в подвале, место на теплой трубе присмотрел… А ночами к себе на балкон приходить. Прокрадусь на мягких лапах, когда люди спят, спокойно все, тихо… Посижу там, где Феликс и Пушок сидели… Месяц зыбится в тумане… Пойду на берег к своим дурачкам родным, которые там в земле… с ними посижу, поговорю… Обойду землю по малому и большому кругу. По оврагу буду гулять… скользить бесшумно, слушать шорохи листьев, шелест трав… На меня холодные капли будут падать, на мохнатую спину… отряхнусь, и дальше…

Наблюдение по городу и окрестностям


…………..
Раньше было больше заборчиков, но и сломанных больше. Теперь заборов меньше, но стоят куда надежней, вкопаны глубоко, из каких-то стандартных секций… Раньше живописней было 🙂

На тему «Перископа»


………..
В начале я возлагал большие надежды на «Перископ», который мыслил как литературно-художественный журнал, в котором буду публиковать разных литераторов и художников. Но скоро понял, насколько нетерпим ко всему чужому, и лучше ни с кем не спорить, а делать только свой журнал. Желание переделать себя к середине жизни ослабевает, чем сильней оно в начале, тем больше разочарование от невозможности что-то изменить — и в себе, и в окружающем мире. Но можно РАЗВЕРНУТЬ то, что внутри свернуто, и даже НУЖНО, но это уже вопрос смысла и выбора, спорить ни с кем не буду 🙂

мамзер


///////
Старый набросочек пером-чернилами с размывкой. Что-то по поводу детства. Связанное с «мамзером», незаконным ребенком.
Быть «незаконным» с самого начала трудно, но полезно — ничего не ждешь хорошего, а если получается, воспринимаешь как неожиданный подарок. В современном мире — это только «литература», поскольку все мы незаконные или почти все, то есть, вне закона или порядка, который устанавливается ничтожным меньшинством, которое себя называет — «в законе»

мелкая философия (временная запись)


////////
Индивидуальная жизнь несовместима с хронологией, историей… По мере завершения она превращается в ВЕЩЬ, подобную художественной вещи, картине, скульптуре, у нее свои внутренние связи и координаты, времени среди них — нет. Потом или пропадает совсем или превращается в наскальный рисунок 🙂