Рубрика: Uncategorized

«Ах, если бы… » (нашел старенькое, подзабытое)

Если бы я в тот день пил компот! Огромное событие бы свершилось. Компот или кофе. Потом бы долго гадал — что, от чего… В компоте я бы эту крошку проглотил не сомневаясь. Стал бы другим. А потом бы мучился — что произошло?.. Но я пил молоко, кипяченое, оно белое и любую крошку видно. Что делать — люблю молоко. Компот тоже люблю, но другой любовью, и кофе — совсем не так пылко. Пил бы их и ничего не знал — что, откуда… Хотя жизнь покатилась бы по иному руслу.
А в молоке я сразу заметил эту черную точечку — плавала в пене у стенки кастрюли. Вовремя выключил газ. Обычно ждешь-ждешь, когда закипит, и всегда опаздываешь. Оно сначала неторопливо так собирается, вздыхает, слегка вздувается, словно обижается на меня, понемногу образуется корочка — и вдруг как рванет к краю… Я не успеваю за ним. Сегодня случай спас, звонок. Встаю и вижу — оно тоже куда-то собралось. Небрежно — р-раз — прекратил доступ газа в горелку, за спиной хлопок, иду к двери…
Ненужный разговор, возвращаюсь, бросаю довольный взгляд на кастрюлю — хоть здесь преуспел — и вижу это крошечное пятнышко в пене у эмалированной голубой стенки. Ничего бы не заметил, если бы компот, или кофе, и не знал бы, не подозревал — как, почему… Гадал бы, думал, но бесполезно: жизнь так устроена, самые мелкие решения глубоко в нас отзываются, а соверши нечто героическое — пару поворотов и забудется, слово даю. Нам не дано предугадать, правильно сказано, ничего не скажешь.
Странно, но я сразу понял, что это. Сколько попадалось в жизни зернышек, пятнышек, соринок — беру большую ложку с дырочками, у меня есть, поддеваю… промываю ложку водой и забываю о поступке. А тут сразу догадался — это она. Черная дыра, а в ней антипод нашей Вселенной. Там все также, только антивещество и кромешный мрак, хотя оттуда кажется, все наоборот — у них светло, нормальная погода, обычное вещество, и точно также в молоке у самой стеночки плавает черная соринка, в ней мрак кромешный, и я стою над кастрюлей, подстерегаю антимир… Если бы компот или кофе, проглотил бы и не заметил, а тот, другой, в свою очередь проглотил бы меня. Мы бы слились и все устроилось бы прекрасно, гармонично — я бы примирился с собой, был бы, как говорят, весь в себе. Никто бы не посмел мне сказать — «вы не в себе…»
Если бы компот… А я — молоко… И сразу заметил.
Чувствую — не могу проглотить эту гадость, противно. Молоко это вам не компот, и нечего мне подсовывать всякие соринки! Я обожаю белоснежность и чистоту. Я за гармонию, но не такой же ценой! Чувствую, уже тошнит… Нет, пусть буду не в себе, возьму-ка свою большую ложку с дырками, выужу эту соринку — и в окно. И тот, другой, там, в кромешной тьме, тоже возьмет меня — и в окошко. Пусть он антипод, но ведь не настолько, чтобы грязное молоко хлебать!
И мы, навсегда разлученные, сможем вечно искать друг друга, тосковать, плакать и ломать пальцы, сочинять стихи и прозу — и уж никогда, никогда не соединимся.

сотня позади


……….
Каждый год исправно использую возможность вывесить в престижном журнале фотографер.ру сотню работ. Отключаю обсуждение, зачем оно мне, но интересно сделать свою подборку в ограниченном объеме, и сравнить с предыдущими годами.
При «обзуждениях» к тому же боюсь ввязаться в споры, а там ничего, кроме нетерпимости нет. НО оставляю рейтинги. И вижу, как мой суммарный рейтинг неуклонно с годами снижается. В десятибальной шкале он никогда не поднимался выше 4-х, а теперь и 3,5 не достигает. Но бывают исключения, и я ЗНАЮ НАПЕРЕД, за какую картинку мне поставят 6 или даже 7, а иногда и 9!
Это как бы в сжатом виде выражение того давления ожиданий, которое почти перед каждым, в любом журнале, на выставке, в издательствах. Известно когда и за что хвалить будут. И это не обязательно самое плохое из сделанного, может быть, даже более мастерское, чем обычно. Но — привычное, банальности всегда хватает в этих «требованиях». Человек та же кошка — ждет ежедневных «поглаживаний», без них трудновато и одиноко. Вот это как раз и есть то, о чем в ярости кричал Сезанн — «им не закрючить меня!» Ругань и осуждение — это фигня на постном масле, по сравнению с доброжелательным давлением, глажкой по шерсти.
Шерсть в другую сторону нужно вырастить, чтобы дыбом поднималась, как только слышишь эти вкрадчивые доброжелательные голоса (не смайл!)
Все-таки, хорошо быть старым, хотя очень плохо, но иногда — хорошо!

Из 80-х…

ГАРАНТИЯ

Мой приятель пришел к врачу. Сердце, говорит, стучит иногда, как будто с цепи сорвалось. Постучит и стихает, работает снова как полагается. И так каждый день, а то и дважды в день бывает.
Врач, женщина молодая и красивая, говорит — «раздевайтесь…»
Он рубашку, майку снял, грудь выпятил — совсем еще молодец.
Она послушала его в полном молчании, одевайтесь, говорит, и стала писать историю. Он сидит, ждет решения.
Она подняла голову, улыбнулась: — «ничего страшного, это у вас нервное, никаких видимых изменений…»
Он повеселел:
— Я уж умирать собрался, сколько оно может так стучать, как пулемет, надорвется ведь…
— Ну, что вы, умирать… я вам… — говорит и оценивающе смотрит на него, — лет десять-пятнадцать даже гарантирую.
Поулыбались они друг другу — и расстались.
Идет он домой, и почему-то невесел. Десять гарантирует, а дальше что… Без гарантии страшно…
Пришел, я его утешаю:
— Ведь гарантирует… Все без гарантии перебиваются, а она тебе карты раскрыла.
— Но ведь только десять… Значит, что-то серьезное.
— За серьезное она бы тебе и года не дала.
Он сидит, старый, пожухший какой-то, сейчас со стула упадет. Я смотрю — она его бесконечность разрушила, гарантию дала на десять, а бессмертия лишила. Он еще не верил, что умрет, как все… нет, знал, конечно, но веры не было — в другую сторону смотрел человек.
— Слушай, плюнь, — говорю ему, — живи без гарантии, не ставь себе предела.
Он качает головой:
— Теперь не могу, как-то сразу меня ударило. Понял…
Потом и я заболел, и тоже пошел к ней. Стала она читать пухлый том моих болезней и в середине заблудилась. В конце концов, мы с ней разобрались, что к чему, лечение назначили, и я говорю:
— Боюсь вот… умирать скоро…
— Ну, что вы, — она смеется, — я вам лет десять гарантирую.
Прибегаю к приятелю:
— Не горюй, мне тоже десять дала.
А он лежит, еле дышит, совсем про гарантию позабыл…

………………….
Обложка, конечно, необложка, зато сто миниатюр.
Не доведенная и до середины задачка. В принципе все сделанное можно представить в виде листа миниатюр. И кое-что понять из него — для себя. Собственные пристрастия часто остаются в собственной тени…

////////////////
Вообще, отношение к цвету, конкретно, в день и час, аналогично отношению к соли. Не знаешь, сколько ее в данный момент в крови, но необходимость чувствуешь довольно точно.