Еще немного из «Кукисов»

Время – барахло… В жизни важны ТЕМЫ, их развитие и затухание. Чем ближе к концу, тем ясней, что все важное на одинаковом расстоянии – вычерчен круг ТЕМ. Жизнь – блуждание по собственным темам, насыщенное страстями, предрассудками, заблуждениями, намерениями… Время тут ни при чем, оно – барахло… ...................................................... Неразрешимое желание… С легким шорохом кровь в голове омывает склеро- тические бляшки – музыка потери памяти, способности к различению, которую на востоке называют умом. В этом процессе, на пути распада, наверняка есть точка или небольшая область, площадка, где сухое ум- ствование уже ограничено, а распад чувственных ассо- циаций еще не зашел слишком далеко… Вот тут бы остановиться... ......................................................................... Истинно верует… Ольга, моя соседка, целыми днями одиноким и больным людям помогает. Недавно встретил ее, тащит огромные тюки своим старухам. Спрашивает, сколько за электричество плачу. Я сказал, она обрадовалась: – Немного. Это Бог для людей электричество ворует. – Зачем воровать, лучше бы дешевле сделал. – Не может. Власти не имеет. Но помогает людям – ворует понемножку. ............................................................... Что-то остается… В старости нет преимущества перед молодостью, одни потери и мелкие неудобства. Результат жизни мизерный, как бутылка с запиской, выброшенная на обочину, в канаву. И что-то себе оста- ется, хотя непонятно – зачем… Умирать лучше опусто- шенным, полностью исчерпанным, иначе жаль не вы- шедших из строя частей организма, а также умственных приобретений, которые истлеют, в пустой мусор обра- тясь. Все-таки, два мелких приобретения я бы отметил. Первое – странная способность понимать по лицам, по глазам гораздо больше, чем раньше. Приходит само, никого не научить, к тому же, опыт горький, потому что много видишь – мелкого. Человеки все, и ты такой... Второе не греет, не обнадеживает, может придти, может и миновать. Особое понимание. Мой учитель Мартинсон любил слово МАКРОСТРУКТУРА – он первый стал говорить о макроструктуре белков. Сколько верных слов уходит в неизвестность вместе с людьми их сказавшими... А потом эти же словечки, мысли возникают снова, и ни в одном глазу – никто не вспомнит, а человек за это слово, может, жизнь отдал... Так вот, жизнь имеет макроструктуру. Архитектуру все- го здания, общую форму, если проще. Откуда она берет- ся, структура эта, чтобы в случае удачи развернуться? Думаю, из внутренней нашей энергии, страсти жить, которую мы наблюдаем в каждой травинке, а вовсе не являемся исключением во Вселенной. Такова химия жи- вого тела. Она живет в малейшем микробе, в червяке… и в нас с вами. Возможно, мы в недрах гигантского меха- низма, который ищет способы развития, и мы – одна из возможностей, может тупиковая. Биофизик Либерман считал, что всем этим движением управляет вычисли- тельная машина, она перебирает нас и бесчувственно удаляет, если не выпеклись, как хотела. Такая сволочь бездушная, как говорил мой герой Аркадий в романе «Вис виталис». Сволочь, не сволочь, но ясно, что лишена и проблесков любви и интереса к нам, когда мы кончиками лапок, коготками или пальчиками за нее це- пляемся, в попытках выжить и сохраниться. Как детиш- ки в концлагере – «я еще сильный, могу кровь давать…» Какая тут любовь, сочувствие, жалость – нас отбирают по принципам более жестоким и бездушным, чем наших друзей, которых по глупости «младшими» называем… Наши лучшие и худшие порывы составляют периоды и циклы, витки спирали. Вот такое понимание. Может возникнуть. Однако, чаще и намека нет, одна мелкая предсмертная суета. Но сама возможность – радует… Но чтоб это заметить в большом масштабе, и что особо важно – на себе! – требуется большой кусок вре- мени. Пожалуйста, тебе его с охотой выдают. Но не бес- платно – стареешь... и теряешь возможность воспользо- ваться «макроструктурным» взглядом: ни ума, ни талан- та, ни сил дополнительных на это уже не дадено. Но есть небольшое утешение – можно рассказать. ................................................................. time is over! или свинство старости Молодые, не верьте, когда бодренькие старички бу- дут лапшу вешать про старость, мол, золотое время му- дрости. Время дрянь. Бывалые старики поддерживают миф, а новенькие боятся выглядеть дураками. Не видел ни одного молодого дурака, который бы от старости поумнел. Опытней-хитрей становятся, но не мудрей. И все, что не успели сделать и выяснить до старо- сти, так и останется – не сделанным, не выясненным…

Что-то внутри…

Одноглазый кот… Он приходит к дому, где моя мастерская, каждую весну, остается на месяц-полтора, потом исчезает. Мно- го лет. Я выяснял в ближайших домах – никто его не знает, даже не видели. Значит, именно к нам идет. Все наши его ждут, с радостью встречают. Коты уважают, кошки до сумасшествия любят. Он меня узнает, не бо- ится, но близко не подходит. Возможно кошачий пришелец, а может мессия?.. .................................................................................... Туся и Масяня… Туся и Масяня не ладят. Тусе восемь лет, худая трех- цветка – черный, палевый и яркий розовый на ней мелкими пятнышками-мазочками, а мордочка – выли- тая Нефертити. Но больная – язвенница, нервная, и не может терпеть несправедливости и хамства. А Масяня большая красивого мышиного цвета молодая кошка, ушки круглые, кончики отмерзли в самые холода. Мы ее тогда спасли, крошку, потом оказалось, не совсем крош- ка, от голода не росла. Быстро выросла – разбойница, глаза желтые… когда злится, косит одним глазом, и веко дергается. Со всеми она неплохо, потому что уступают, а Туська не может уступить. Хотя на многие наскоки не отвечает, рычит и убегает. Но наступает момент, когда ей становится невмоготу. И она, метЯ по линолеуму хво- стом, сгорбив спину подступает к Масяне, и тоненьким голосочком спрашивает – «ты чего???» Масяня на самом-то деле не всерьез, ей кажется, так интересно погонять старушек!.. А тут видит, старая кошка не шутит, вплотную под- ступила – ты чего? А я – ничего… А я просто так… – Масяня отвечает, и боком, боком… Спасается. И долго потом сидит в угол- ке, молчит… А мы с Туськой сидим. Она не любит, когда гладят по голове, зато разговариваем мордами и носами. Потрем- ся, и понемногу успокаиваемся. – Брось, Туся, я говорю ей, – здоровье дороже, а то снова язва откроется. Ну ее, Масяньку, дура она еще… Да-а, Туся вроде соглашается, но до очередного раза. Снова вспылит. И надежда только на то, что повзрослеет Масяня, поймет, что старших уважать надо… .................................................................................... Ничего особенного… На темно-серой бумаге, шершавой, скупо – пастель, туши немного или чернил… Сумерки, дорожка, ничего особенного. Смотрю – иногда спокойно там, а иногда – тоска... А кому-то, наверняка, ничего особенного. Так что, непонятно, от чего тоска… .......................................................................... Чистосердечное признание… Есть такие кошки, их спокойному достоинству мож- но позавидовать. Как-то, разговаривая с одной из них бессонной ночью, я понял, что терпеть не могу литера- туру… если она не голос человека или любого другого живого существа – в одиночестве, холоде, темноте... Остальное – искусственные бредни ............................................................................... Что-то внутри… Старый художник Паоло два раза предал молодого Рема. Сначала он, посмотрев на картину начинающего, сказал: – Никогда не купят. Впрочем, он предал и себя. А второй раз, сказал: – Парень не умеет рисовать. А дальше он понял, третьего раза не было. – …почему у него трепещут листья? Передать рукой тре- пет листа – нехитрое дело, но настоящего страха перед непо- годой не получится. Внутренний трепет нужен. Он непонят- ным образом переходит в руку, а рука делает, не зная, как… ............................................................................ Так и машут… Недели машут пятницами Как строчки запятыми Солнце по небу катится Я забыл свое имя... Может, графоман, этот мой герой, но про недели верно сказанул. Так и машут, могу подтвердить. Так и машут…