между прочего

Кресло везения ................................................. Из проб ..................................................... Триптих ...................................................... Из иллюстраций

О котах и кошках (по повести «Перебежчик»)

..................................... Октябрь сползает к ноябрю. Меня встречает все та же троица молодых - Макс, Люська и Хрюша. Еще примкнувший к ним Костик. Дома обычно Алиса, другие старики - Клаус и Стив досыпают в подвале. Серый сам по себе, у него редкостный нюх на еду: только захрустишь бумагой на кухне, он уже насторожился, в кустах под балконом. Не успеешь сосчитать до десяти, как его громоздкая туша ловко и бесшумно приземляется на подоконник. За окнами бушуют дети. Листья сухие и теплые, деревья еще не расстались с желтыми шевелюрами. Рядом Костик, вялый от лекарства, ему даже не хочется кусаться. Его глисты погибают и выделяют яд. Кошки на полу, Алиса с живостью наблюдает, как Люська крутится с бумажкой, то кувыркается, то нападает, как на мышь... Я думаю, что им здесь хорошо, спокойно. Я раздаю еду, излучаю тепло, вокруг меня безопасно, и драться запрещено. Не жду преданности и благодарности, просто одна жизнь помогает другой выжить. Они признают за мной первенство в силе и способности добыть еду. Я большой могучий кот, немного сдвинутый... как Макс - не понимаю простых вещей, но все-таки полезный. Они обращаются ко мне за помощью. Когда я иду с ними, они чувствуют себя сильней, и не так боятся людей и собак. Особенно людей, с собаками хуже - я сильный, но медлительный, вмешаться не успеваю. Они знают, что я не позволю собакам окружить их и рвать, но не могу защитить от гонки... Когда они бегут по лестнице, то оборачиваются и смотрят, успеваю ли я, особенно, если кто-то спускается навстречу. Они прибавляют и отнимают меня в своих расчетах с котами, людьми, собаками. Если посмели отнять еду у Клауса, он, прежде чем разобраться самому, с возмущением оглядывается на меня, в желтых глазах неодобрение. "Как допустил?.." Я часть его ежедневной жизни. Если меня нет, он подолгу сидит на балконе, ждет, а когда понимает, что надо рассчитывать на себя, уходит. Но придет на следующий день в обеденное время... Хрюша замахивается на Клауса, но только при мне, а Клаус не ответит Хрюше, если я рядом. Макс без меня не войдет на кухню, если там хозяйничает Серый. А Хрюша пробежит бочком, вспрыгнет на подоконник, завопит, шерсть дыбом, и давай отмечать напропалую самые престижные места, чтобы не достались захватчику! А если я поблизости, Макс войдет и сделает вид, что Серого нет, а Хрюша подбежит и шлепнет чужака по морде, не забывая тут же отскочить на безопасное расстояние. Серый жмурится и отмахивается, он не хочет уходить от нас, готов терпеть и враждебность, и высокомерие, и шуточки... Стива не трогает никто, и он остальных не замечает. Он и меня старается не замечать, если не слишком голоден и надеется на колбасу из богатых квартир. Я существую среди них, как свой. И все кошки - наши. //////////////////////////////////////////////////////////////// О зверях пишут книги. Одни сюсюкают, убеждая, что собачки и кошечки красивы и полезны, очень нам верны, готовы жизнь за нас отдать, и еще умеют всякие цирковые штучки. Это важно, оказывается, чтобы позволили им жить рядом с нами. Другие очеловечивают зверей, они у них настоящие философы... Нет, зверь это зверь. Это в чистом виде то бессловесное и нерассуждающее начало, которое мы носим в себе. То, что помогает нам любить и ненавидеть, ощущать страх и боль, видеть цвет и свет, слушать ветер... Мы сами звери. Зажатые, ущемленные, но звери. А домашний зверь и вовсе ущербное существо. Сколько раз, видя жестокость людей, я говорил своим: " Ну, что ж, вы, ребята, рядом поля, леса, неужто не проживете?" Нет, не привыкли, ждут подачек. А те, кто выживают, существуют впроголодь, не могут вырастить потомство. Не нужно очеловечивать и умиляться. Они не меньше нас. Я не лучше их. Наш общий мир жесток и несовершенен. У нас много похожего - повадки, мимика, привычки... Я смотрю им в глаза и понимаю их лучше, чем детей. Также жестоки и наивны, также способны к привязанности... Вот Хрюша, уязвлен малым ростом, коротким хвостом, вспыльчив и самолюбив, и труслив тоже. Он привык к дому, со мной ему спокойно и хорошо, а на улице тяжело и страшно, и потому со своими он бывает нагл и свиреп, а там легко обращается в бегство перед сильным. Я ему нужен больше, чем другим, он это знает. Малыш, взгляд малолетнего преступника, злоба и растерянность в глазах... Серый? Тоже не простой кот. Мы не раз воевали с ним, и все-таки не рассорились. Мне с ними легче и лучше, чем с людьми.

ЛЕТНЕЕ АССОРТИ 140714

Царство кривых гвоздей. Цикл, посвященный им. Без намеков, просто люблю их, как все другие бесполезные вещи. Своей жизнью живут. А бесполезность хитрая штука, проходит время, и оказывается очень даже полезна. Зато сам автор бесполезности, и главное, сама вещь, своей собственной спокойной жизнью живет, время непонимания как подарок дадено. ................................................. Забытые на берегу реки. И кораблик с той же судьбой. .................................................. Дорожка к Оке, по свободным воспоминаниям начеркал, а здесь на экране к тому же еще умерил теплоту изображения, так вдруг захотелось - построже, сумрачней, похолодней... Давно не хожу туда, расстраивают меня бесполезные и грубые изменения ландшафта. ............................................... Поминки по кувшинчику разбитому, угол спокойный у окна... и ничего больше сказать не в силах. Да, а за окном копался дольше всего, оказалось важно. .................................................. День клонится к вечеру, клонится, да! Ужасная по своей затертости фразочка, не день, это жизнь клонится, да и не клонится, а по наклонной катится... И все - вранье, есть только изображение, а кто и как его воспримет - дело не моё, смайл... .................................................. С большой симпатией к этим крюкам, они отслужили и отдыхают. А мысли... они любые, и к этим существам отношения не имеют. О чем подумал - о смерти всех властителей, которым не мешало бы почаще вспоминать, что конец недалек, а от их построений не останется - ни-че-го... Трава всех переживет. .................................................. Пробы, монохромный почти и узковатый вариант. Иногда нехватка воздуха на пользу выразительности, но только - иногда. ................................................. Думы неотвязные и бесполезные... кисть, чернила... .................................................. Старость Туси, и моя тоже... .................................................. Листья и стекло, и проходящий свет, он мне интересней всего ....................................................... Жить - и не ждать. Не жди, не бойся, не проси. Первое слово у меня другое, чем в известной троице, да. .................... И пока все, удачи всем.